среда, 23 мая 2012 г.

Джон Хоу - Темная Башня


     Задумка написать о Джоне Хоу у меня была уже давно, но все как-то не складывалось, и я отложил ее в долгий ящик. Постепенно обложек с изображением картины «Темная Башня» Джона Хоу становилось все больше и больше (кстати, с пары обложек Rossomahaar  «Imperium Tenebrarum» и Reprisal «Where Heavy Gloom Dominate» началась моя коллекция), и я не выдержал и решил написать эту статью. В процессе написания открылась масса интересных подробностей. Начиная от истории картины и процесса ее создания, и заканчивая отношением автора к тому, что его картины воруют (причем по-разному) и конфликтам с группами. После общения с Джоном у меня сложилось о нем впечатление как об очень умном и грамотном человеке, который мастерски владеет своим ремеслом и его представление о мире Д.Р.Р. Толкина полностью совпадает с моим. Но обо всем по порядку.
     Джон Хоу родился 21 августа 1957 года в Канаде в городе Ванкувер,  где провел свое детство, а затем переехал в Европу, во Францию. Он не помнит точно, когда начал осознано рисовать, но рисовал с детства. У него в гостиной на стене был карандашный рисунок Шильенского замка, сделанный его бабушкой, когда ей было 19 лет. Этот единственный рисунок она нарисовала незадолго до того как стать учительницей. Я думаю этот рисунок, образ которого поглотил Джона, был своего рода маяком, на свет которого шел будущий художник.
     Джону с раннего детства нравились картины в стиле фентези, а Фрэнк Фразетта был для него чуть ли не богом. В то время картины художников были доступны только на обложках книг, и они с другом постоянно заходили в книжные магазины, чтобы поискать обложки книг, на которых были картины Фразетты, а были эти книги о Конане.  Рассказы Роберта Говарда о могучем Киммерийце сильно впечатлили Джона и, примерно в тоже время он познакомился с «Властелином Колец» Джона Р. Р. Толкина. Познакомился юный Джон Хоу с великой и бессмертной эпопеей довольно странно. 
     «Я ждал целую вечность, чтобы получить «Братство Кольца» из местной библиотеки» - рассказывает Джон – «но ее никогда не было на полках, и на них была большая очередь на несколько месяцев вперед. Складывалось такое впечатление, что люди читали только первый том, тогда как второй и третий постоянно лежали на полках. Наконец  я потерял терпение и начал читать «Две Башни», а за тем «Возвращение короля». К тому времени как я их прочитал, появился первый том и я, наконец-то, смог его прочитать. Я согласен, не совсем лучший способ читать «Величайший фантастический роман 20-го века»».
     Огромным толчком для Джона стал календарь, на котором братья Грег и Тим Хильдебрандт иллюстрировали книгу «Властелин колец». Прочитав трилогию и увидев календарь, он решил попытаться изобразить те же фрагменты, что и в календаре, только так, как он сам их представлял и видел.
     После окончания средней школы, он учился Школе Декоративных Искусств в Страсбурге, Франция. Время учебы пролетело быстро, а эти годы, проведенные им в Европе, были годами, в которых он пытался все объять, узнать и постичь архитектуру и живопись Европы. Такую старую для европейцев, но для Джона совершенно новую. 
     Он не любит свои ранние работы, называя их кошмарными. Множество эскизов, постоянно переделываемых, он так и не довел до конца. Он даже рад, что они не сохранились. Хотя тут же лукаво проговаривается о ящике на пыльном чердаке, на котором фломастером написано «НЕ ОТКРЫВАТЬ». Я думаю, там и хранятся ранние вехи мастера.
     Безусловно, Джон стал признанным мастером в области иллюстрирования мира Средиземья. Его картины потрясающе передают дух фантазии и реальности происходящего. Не зря же Питер Джексон, который снимал трилогию «Властелин Колец» и сейчас снимает «Хоббит», пригласил Джона и Алана Ли (тоже потрясающий мастер иллюстраций Толкина) для создания визуального образа картины и назначил их на должность главных концептуальных дизайнеров. Эти два художника отличаются друг от друга, но их работа превзошла все ожидания. Если у Алана Ли в основном преобладает волшебная сказка, в которую нам никогда не попасть, то у Джона Хоу, который хорошо разбирается в средневековом оружии и доспехах, картины выглядят реалистичными и суровыми. Настоящими! Так же Джон известен своими работами для настольных игр, серий иллюстраций о Беофульфе, созданиями картин для многих фентези книг и помощью в экранизации книги «Хроники Нарнии: Лев, колдунья и волшебный шкаф».
     Картина «Темная башня» была написана в 1990 году и изначально была предназначена для календаря, но потом появилась на издании второго тома «Властелина Колец» в 1991 году.
     «У меня до сих пор хранится со времен учебы в художественной школе коллекция фотографий черепов птиц и мелких грызунов» - рассказывает Джон о процессе создания картины – «Мы с одноклассником составляли из них пирамиды и кучи и фотографировали их (не спрашивайте, что может оправдать нагромождения и фотографирование черепов, но это естественная вещь для студентов-художников). На основе этих фотографий я сделал картину «Безымянный Остов» для иллюстраций к Г.Ф. Лавкрафту (Сомнамбулический поиск неведомого Кадата). Разумеется, было проще сделать нижнюю часть башни таким же способом, а верхнюю оставить для воображения. Что касается Назгула и его «коня», то они, более-менее, вписались в ландшафт». 
     И действительно, нижняя часть башни Барад-Дур напоминает кучу всевозможных черепов. Если внимательно смотреть прямо в центр картины, то отчетливо виден огромный череп (крысы?!), глядящий пустыми глазницами вверх. Тут наглядно представлена кропотливость автора по отношению к деталям, без которых картина не была бы такой живой. Редкие точки огней из окон видны только на нижних ярусах, отряд воинов, темным потоком выходит из сторожевой башни в самом низу, всюду горят еле видимые костры, местонахождение которых можно определить только по струйке дыма. Нижние уровни построены в хаотичном нагромождении башен и шпилей, которые, наползая друг на друга, тянутся вверх. Но в какой-то момент строение начинает приобретать строгий характер и дальше придерживается сурового монолита, подчёркивая то, что сверху находится острый, мрачный, требующий порядка и подчинения разум, держащий в узде тысячи разномастных созданий, которые, по сути, бурлящий Хаос. Верха башни не видно, она уносится вдаль, не давая нам представления, насколько башня уходит ввысь. Но как заметил сам автор – «Верхняя часть остается для воображения». Если уж говорить конкретно о макушке башни, то при создании эскизов для трилогии Питера Джексона «Властелин Колец» Джон сделал множество эскизов верхнего этажа башни.
     «Я начал на «дне» и медленно проходил свой путь, делая большие зарисовки с башнями разной этажности. На самом деле я просто не мог решить, как будет выглядеть верхний этаж. Когда я добрался до вершины, то уже знал, на что она будет похожа – два больших рога с глазом между ними. Конечно, это изображение теперь принадлежит фильму и Warner Brothers и для последующих изображений башни Барад-Дур я должен был найти другой дизайн»
     Небо изображено в грязно-темных тонах, и оно темнеет по мере приближения к невидимой верхней точке башни. Чернота словно  исходит из нее, постепенно расползаясь по небосводу, напирая на чистое небо, голубеющее на заднем плане. Среди этой черноты летит еле заметный с земли дракон, унося на своей спине Назгула.
     Его собрат, на переднем плане, вцепился когтями в торчащую скалу. Правым крылом как парусом он пытается сохранять равновесие на опасном уступе, который крошится под многотонным весом. Его рев оглашает окрестности, уносясь вдаль и усиливается, отражаясь от стен скал.    Сидящий на спине дракона Назгул, держит поводья и пристально прислушивается к шепоту владыки.
     У картины драматичная история. В ночь с 18-19 мая 1997 года вор (или воры) украл 11 оригиналов картин из представленных Джоном Хоу иллюстраций Толкина в рамках выставки «Médiathèque de Sedan» (далее Медиатека), проводимой в Седане, на северо-востоке Франции. Вор не действовал по плану «схватил и убежал», а выбирал те картины, которые ему понравились, ломая рамки и сворачивая картины. В этот список входила и «Темная Башня». По горячим следам никого не нашли. 
     Через несколько недель в Медиатеку поступил анонимный звонок от, якобы, отца вора. Он сказал, что это его сын украл картины и попытается вернуть их обратно. Звонок был сделан из кафе, но по прибытии туда, полиция не нашла ни одного свидетеля. Через несколько дней в Медиатеке появился мужчина и оставил что-то свернутое в трубу, настаивая, чтобы это передали директору выставки. Вечером того же дня он позвонил из другого кафе и сказал, что ему удалось получить 8 картин, а оставшиеся находятся у подруги сына. Он обещал, что попытается получить оставшиеся картины, но не был так оптимистичен как в первый раз. Больше он не звонил.  Принявшие пакет работники приемной, не смогли описать передававшего мужчину, что очень странно. Когда все на «ушах» из-за кражи, проявить такую халатность просто непростительно.
     Из вернувшихся восьми картин, одна была в таком состоянии, что восстановить ее было уже не возможно. Остальные картины были изрядно потрепаны и помяты, с рваными краями, потрескавшиеся, с каплями воска, обсыпанные дактилоскопической пылью и спереди и сзади (полицейские усердно пытались найти отпечатки пальцев). Три картины («Гэндальф Серый», «Урук-Хай» и «Эовин и Назгул») так и небыли найдены. Остается только поражаться глупости человека, укравшего картины. Он явно фанат творчества Джона Хоу, но так обращаться с прекрасными творениями может только варвар. 
     Само собой разумеется, Джон очень негативно относится к использованию его работ без его разрешения. А таких случаев очень и очень много. У него на сайте под каждой картиной представлен список разрешенных и не разрешенных  использований.
     «Мне кажется странным, что они (группы), вероятно, ждут, что их работы будут уважать, но сами они не уважают чужой труд. Я считаю это обычной анархией. Жадная толпа, которая считает справедливыми свои действия по отношению к другим, но если эти же действия коснуться их самих, то они начинают кричать о несправедливости. Я пытался связываться с группами, но эти контакты были неизменно неприятными, а ответы высокомерными. На самом деле мне немного жаль их, потому, что они живут в мире воровства и эгоизма. Я думаю, частому использованию картины способствует ее формат. Ведь он квадратный и очень удобен для обложек».
     Обложек действительно очень много, а картина масштабна и достаточно сложная для совместимости с музыкой. Суровый трэш или кладбищенский дэт-метал тут, конечно, не подойдут.  В основном найденные группы исполняют блэк-метал, разных вариаций. 
     Российская блэк/дэт-метал группа Rossomahaar взяла на вооружение картину “Темная Башня» на своем дебютном альбоме 1999 года ‘Imperium Tenebrarum’, что с латыни переводится как «Темная Империя». Я помню свои впечатления, когда я прослушал кассету с этим альбомом в далеком 99-том. Это был сильный взрыв. Rossomahaar нанесла сильный удар этим творением, переплюнуть, который, она не может до сих пор. Поначалу удивил странный звук ударных и, на мой взгляд, по-детски звучащее интро на альбоме, но потом все наладилось и ударные уже не напрягали, а было ощущение, что так и надо. Хотя на тот момент я бы назвал этот стиль симфо блэк-метал. Очень много интересных мест и мелодий. Невнятный вокал отодвинут на задний план и не отвлекает от самой музыки.
     Тогда же я удивился, как обложка подходит к материалу. Вроде бы и не фантазийный смысл альбома (скорее путешествия по мирам хаоса, абстракция и декаданс, шторм смерти и жертвоприношения), но музыка превосходно легла на картину «Темная Башня». Мелодии ‘Imperium Tenebrarum’ начинают двигать тучи над башней, закручивая их в огромную спираль. Ветер все сильнее и сильнее носится между скал, сметая все на своем пути. А в это время разум хозяина башни путешествует в первозданном хаосе, набираясь силы из тьмы.
     У группы был конфликт с Джоном Хоу по поводу обложки ‘Imperium Tenebrarum’, подробности которого отражены на сайте художника. Если вкратце, то его «отфутболии», ссылаясь на художника делавшего ковер-арт для альбома, а того и след простыл. Это единственный случай, отраженный на сайте художника для этой картины. Может быть, он просто привел самый яркий пример незаконного использования.
     Если москвичи озвучили внешнюю сторону картины, то финская блэк-метал группа  Horna (фин. «Ад») на своем втором демо ‘Hiidentorni’ (Башня Демона) показала что происходит внутри башни, на самых нижних этажах и подвалах. Это просто безудержный пляс орков и троллей. К слову сказать, у меня вся финская нация почему-то ассоциируется с троллями (в хорошем смысле этого слова). Может быть, этому поспособствовали Finntroll.
     Парни создали потрясающее музыкальное полотно, несущее в себе леденящие ветра и нереальный холод севера.  Музыка вобрала в себя все лучшее, что было в норвежском блэк-металле начала-середины девяностых.   Минималистический и грязный, но очень цепляющий и драйвовый, блэк метал в стиле Carpathian Forest и Gorgoroth времен альбома ‘Antichrist’. В основном треки выглядят очень продумано, но под конец я начал уставать. Наверно сказывались длинные треки. Все-таки 6 и 8 минут для такой музыки это перебор. 4-5 - самое то. Как вот, например, трек ‘‘Hiidentorni Huokuu Usvansa’’.  Это просто блэк металлическое безумство, в котором перемешались  ранее упомянутые Carpathian Forest и Gorgoroth. Орки беснуются в танце, потрясая мечами и кинжалами, и черной лавиной выплескиваются из ворот Барад-Дура под ‘‘Ikuisesti, Kalpeina Kuoleman Muistoina’’, сыгранный в лучших традициях ‘‘I Am the Black Wizards’’ Emperor (кстати, ну очень похоже).
     Мексиканские дум/блэк металлисты из Frostmourne сделали все, чтобы музыка соответствовала изображенному на картине «Темная Башня». Начиная от названия ЕР 2009 года ‘Nazgul’ и заканчивая семплами из трилогии Питера Джексона на испанском языке (звучит очень забавно).  Музыка очень мелодична и разнообразна. С большой долей меланхоличности. Ритмы от быстрых блэковых до медленных думовых с глубоким гроулом на грани брутал/дэт-метала.  Материал целостный, но первый трек ‘‘Melancolía’’ и последний ‘‘Pulpo-Gore’’, идущий бонусом, явно выбиваются из общей картины. Если первый слишком  меланхоличный, то последний явно брутал/дэтовый эксперимент. Медленный, тягучий с низким и высоким гроулом.
     Остальные треки говорят сами за себя. ‘‘La Batalla En El Abismo De Helm’’ (Битва в Хельмовой Пади), ‘‘La Ciénaga De Los Muertos’’ (Мертвые Болота), ‘‘La Ultima Marcha De Los Ents’’ (Последний Марш Энтов) и собственно заглавный ‘‘Nazgul’’.  Советую ознакомиться, при случае, с этой группой. Особенно отмечу трек «Последний Марш Энтов».  Героический, меланхоличный и местами  даже грустный. Хочется, перефразируя знаменитое изречение Шурика, сказать – «Энтов… жалко!». Материал очень хороший и достойный. Странно, что с 2009 они ничего не записали нового.
     Соседи Frostmourne по Средиземью, финны Avathar исполняющие блэк/фолк метал, поразили меня схожестью с  Summoning времен их ‘Lugburz’. Как в плане вокала, так и в мелодиях и атмосфере. Хотя чего я удивляюсь,  если Summoning является эталоном, на который все ровняются. А если учесть, что последний трек финнов на альбоме 2004 года под названием ‘Shadows’ это кавер версия ‘‘The Rotting Horse on the Deadly Ground’’ Summoning, то все сходится. Ребята молодцы и находятся очень близко к своим кумирам.   Собственно это сравнения, я думаю, для сведущих людей будет достаточно. Хотелось бы только заметить, что у финнов есть свой стержень (чистый вокал), который не дает скатиться в полное копирование австрийцев, и интересный и красивый материал. Надеюсь, новый альбом у них будет еще лучше (правда, после ‘Shadows’ выходили только демки)
     Как видите, картина Джона Хоу «Темная Башня» не так проста, как кажется на первый взгляд. Автор оставил ворота для фантазии открытыми. Попробуйте, как бы, отдалиться от картины и представить, что скрывается снаружи, что не скрыто рамками. Черные острые скалы, удушливый дым, перемигивающиеся огоньки, медленно клубящееся темное небо и вой ветра. И никакой музыки. Вокруг все мертво.  Иногда до слуха доносится только редкий рев дракона и гул из башни. Перед вами на уступ тяжело падает дракон с Нагулом на спине. Они вас не заметили, но если вы сделаете хоть какое-то движение, вы выдадите себя.
     Дракон тяжело дышит и, мотая головой, устраивается поудобнее. Острые когти начинают крошить камень, а кожистые крылья накрывают уступ, обволакивая его упругой кожей. Хвост медленными движениями сбивает в пропасть осколки скал и некрупные камни.  Внезапно далеко впереди из основания башни начинают выходить черные шеренги орков, идущие на завоевание Средиземья. Слышится слабое эхо гула рога, оповещающий начало марша,  на что дракон отвечает резким оглушающим протяжным ревом. Вы дергаетесь от неожиданности и Назгул, резким движением головы, поворачивается к вам. Собственно это последнее, что бы вы увидели.
     Поразительно как можно было так прочувствовать этот момент. Чтобы так точно нарисовать, нужно иметь огромный талант и упорство. Картина словно переносит нас в этот мир. Она стирает грани реальности. А ведь картина была нарисована за много лет до трилогии Питера Джексона. Джон  Хоу рисует свои картины так, словно представляет себя стоящим там и принимающим действие в эпопее. То, о чем мечтал маленький мальчик, смотря на картины Фрэнка Фразетты и читая «Властелин Колец», становится явью каждый раз, когда Джон рисует новую картину.


Андрей Paatddal Герасимов


Выражаю огромную благодарность Джону Хоу (http://www.john-howe.com) за его отзывчивость и помощь в написании статьи, а так же Лауре Йонг (http://lauragyoung.blogspot.com) за перевод статьи.


Создано с помощью материала блога Archives Of Khazad-Dum  
Статья была издана в журнале DarkCity '67 2012

4 комментария:

  1. Спасибо большое! Очень интересная статья.
    Живопись Джона Хоу высочайшего мастерства.
    Мир Фэнтези Толкиена очень реален и убедителен, он полностью захватывает внимание зрителя, а музыка, вероятно является достойным дополнением.

    ОтветитьУдалить
  2. Спасибо за отзыв. Очень приятно.
    Он и в общении хороший собеседник. А музыка... ну она разная бывает. Иногда лепят просто для красного словца, как говорится.

    ОтветитьУдалить
  3. Большое спасибо за статью! Очень интересно. Его картины настолько реалистичны, что невольно веришь в существование Средиземья. Пусть Джон продолжает радовать своими шедеврами.

    ОтветитьУдалить
  4. Огромнейшее Вам спасибо за статью! Джон Хоу - один из моих самых любимых художников. Люблю раз за разом просматривать его потрясающие работы, которые некогда открыли для меня удивительные миры и поведали о доблестных героях. А его карандашные наброски неизменно вдохновляют меня на собственные творения.

    ОтветитьУдалить